Новости Афиша и Репертуар Билеты О театре Закулисье Купить билет
Chekhov

Юбилейный 500-й спектакль Геннадия Хазанова / Екатерина Архипова

Дата публикации: 22 ноября 2009 г.
Автор: Екатерина Архипова

Екатерину Великую и Наполеона Бонапарта объединяет не только то, что и та, и другой царствовали каждый в своей стране, но и то, что они оба стали героями драматических произведений.

Тогда как "Царица" только начинает свое, мы надеемся, триумфальной шествие по подмосткам, 22 ноября на сцене Театра Эстрады прошел 500-й спектакль Театра Антона Чехова с участием Геннадия Хазанова – им стал исторический анекдот по пьесе Иржи Губача "Морковка для Императора" о последнем периоде жизни Наполеона на острове Св. Елены. Это история о том, как пучок морковки может оказаться важнее десяти пушек, а умение скорчить смешную рожицу ценнее военной победы.

И хотя 500 – цифра, достойная Книги рекордов Гинесса, на самом деле, по признанию режиссера спектакля Леонида Трушкина, этот юбилей стал просто поводом, чтобы встретиться и порадоваться за Ингу Оболдину, которая блестяще дебютировала в нем в новом сезоне, поблагодарить Геннадия Викторовича и всех тех, кто работает в этом спектакле уже пятый год, в том числе – Бориса Дьяченко, Бориса Шувалова, Александра Давыдова, Владимира Михайловского... Ну и вместе с министром культуры РФ Александром Авдеевым выпить за спектакль рюмочку-другую конъяка конъячного дома... нет, не "Наполеон", а "Цитадель".

После чего начинают выясняться интересные подробности. Так, оказывается, именно Инга была первой, кому была предложена роль корсиканки Жозефины, которая смогла вернуть чувство собственного достоинства поверженному императору. Но 5 лет назад она не смогла ее сыграть и теперь поблагодарила всех своих партнеров, которые ее очень поддержали в сложный момент ввода в готовый спектакль, когда партнер может поддержать, а может, наоборот, поставить подножку, и призналась в любви двум людям – Трушкину и Хазанову:

– В Трушкина и Хазанова я влюбилась очень давно, с этими людьми я уже сделала один спектакль до того, как придти к "Морковке", – сказала актриса. – Это был спектакль "Все как у людей"... У меня всегда было желание "потрогать" нескольких людей – Чурикову, Райкина, Хазанова. И вот последнего я теперь "трогаю", имею на это право. Творчески у меня, конечно, присутствует большой пиетет или содрогание, когда я выхожу с ним на одну площадку, с любимым Геннадием Викторовичем... А Леонид Григорьевич – замечательный режиссер. Я таких людей безумно люблю. Помимо того, что он творческий и невероятно талантливый, он еще и честный, и максималист. В наше время это настоящий подвиг. Я за ваш максимализм и за то, чтоб никакое время это не сожрало!

– Спектакль, – отметил Леонид Трушкин, – живет, заболевает и выздоравливает, развивается перпендикулярно времени, что, с моей точки зрения, мужественно и важно. Время больно, и я думаю, что мы переживем это время – оно благополучно помрет, а любовь благополучно выживет.

Нас, конечно, не могло не интересовать, какие новые спектакли ждать от режиссера.

– Это на засыпку вопрос. Потому что нужно, чтобы со временем что-то произошло. Я не понимаю, что сказать сегодня. Кроме отчаянья у меня ничего нет. Мне нечего сказать и нечем утешить. Я обмануть не смогу сегодня. Вот тогда я заблуждался, а сейчас я не заблуждаюсь. Поэтому пока что-то не случится со мной или вокруг меня, я не понимаю, что говорить. Я не обманщик. Я никогда не врал. А сегодня сказать – ребята, надевайте белые тапочки и миритесь с тем, что происходит, я не могу. Но, может, я и в этом заблуждаюсь, дай Бог, но я боюсь, что нет. Если что-то не поменять народу, нам всем, в себе, я не знаю, чего хорошего ждать... Мы очень плохо живем. Очень неправильно. И мы настаиваем на этом, вот в чем ужас. Мы не каемся. Мы не покаялись тогда, и поэтому так хамски живем сегодня – нагло, бессовестно, без оглядки на людей, которым жрать нечего. Мы издаем тонны глянца... Политики лощеные, это невозможно видеть, страна в г..., а они будто представляют благополучную державу, они ездят на футболы в Словению... Я надеюсь, что мы куда-то должны упасть уже и тогда начать подниматься, но я не помню в обозримой истории этой предельной точки... Есть момент, когда народ верит, и мы счастливые люди, потому что был 91-й год, время, когда за идею можно было отдать жизнь. Это же какое счастье жить, думая, что что-то есть важнее жизни...

И может быть, это морковка для императора.

Фото Алексея Кошелева

Заказ билетов+7 (499) 241 09 71
Нам важно Ваше мнение! Присоединяйтесь к нам в соц.сетях!